Случай, который произошел в нашем классе, не стирается из памяти, заставляя вновь и вновь переживать случившееся.
Помню, за окном стоял первый месяц весны — март. Талый снег, уже потерявший свою зимнюю первоздан-ность, чернел на обочинах дороги. Веселые
блики солнца ложились на наши темные парты. Шел урок географии. Географ (назовем его Владимир Степанович) медленно ходил по классу и объяснял очередную тему. В это время одни ученики отсутствующим взглядом смотрели в окно, другие перешептывались друг с другом.
Через одну парту от меня сидела Люда — нескладная, коротко подстриженная девочка. Склонившись над листком бумаги, вырванном из школьной тетради, она увлеченно рисовала. Я знала, что Люда ходит в кружок изобразительного искусства и любит рисовать до самозабвения. Она не могла сидеть спокойно, увидев чистый лист бумаги. Обложки ее книг и тетрадей также были испещрены набросками.
Девочка продолжала рисовать, когда возле нее появилась высокая фигура Владимира Степановича. Люда попыталась прикрыть рисунок ладонью, но Владимир Степанович взял его из-под ее руки и внимательно посмотрел. На листочке тонкими
чернильными штрихами был изображен портрет Феликса Дзержинского — клинышком бородка, пронзительный взгляд темных глаз. Наверное, рисунок был слабоват с художественной точки зрения. Но Владимир Степанович, посмотрев внимательно на Люду, неожиданно произнес поощрительным тоном: «А тебе надо учиться ...» И остановился. При этих словах лицо школьницы вспыхнуло мгновенно, а глаза засияли благодарностью! Она вскинула голову и тихим, но при этом торжественным голосом, как клятву, произнесла: «Я буду учиться!» И вдруг учитель, глядя на нее с жестокой усмешкой, завершил недоговоренную фразу: «... на маляра».
На какое-то мгновение Люда застыла, а потом уронила голову на парту и глухо заплакала. По классу пробежал шум. Ученики, слышавшие весь разговор, молчали, а сидевшие поодаль тормошили соседей и спрашивали, что случилось. Владимир Степанович постучал по столу линейкой, призывая к порядку. Среди наступившей тишины раздавались лишь надрывные всхлипывания Люды. Вдруг она поднялась из-за парты и, не отрывая рук от заплаканного лица, выбежала из класса. Урок продолжился...
На следующий день Люда не пришла в школу. Не было ее и через день, и через неделю. А когда наконец-то появилась в классе, бледная, с темными кругами под глазами, точно после тяжелой болезни, это был уже совсем другой человек. На уроках она или разговаривала, или молчала целыми днями. Успеваемость ее резко снизилась. Восьмой класс окончила с трудом.
Я не знаю, как сложилась дальнейшая судьба Люды. Сохранила ли она любовь и верность живописи или нет, но урок жестокости, который преподал ей учитель, вероятнее всего, запомнила надолго.
А быть может, на всю жизнь.
Адрес: Бахтиной
Т.М., 603116 г. Нижний Новгород, ул. Тонкинская, д. 16, кв. 29.
